Генеральная прокуратура сообщила о пересмотре дела жителя Астаны, обвиненного в организации финансовой пирамиды. По данным ведомства, она действовала с 2023 по 2025 год, в нее были вовлечены более 6,2 тысячи человек, а доход фигуранта составил 337 млн тенге, сообщает SotReport.kz.
Суд назначил ему пять лет лишения свободы условно, без конфискации имущества. Генпрокуратура сочла наказание чрезмерно мягким. По протесту прокурора кассация отменила судебные решения и направила дело на новое рассмотрение.
Реакция надзорного органа выглядит закономерной. Но этот случай вновь показывает, насколько по-разному в Казахстане применяется статья 217 УК РК.
Реальные деньги - условное наказание
В релизе Генпрокуратуры названы период деятельности пирамиды, количество вовлеченных людей и полученный фигурантом доход. Несмотря на заявленный масштаб, первоначально мужчина остался на свободе, а его имущество не было конфисковано.
По делам независимых представителей QNET ситуация противоположная. Люди получили реальные сроки, конфискацию имущества и многомиллионные гражданские иски. При этом защита заявляет, что потерпевшие не переводили им деньги, а оплачивали товары непосредственно международной компании. Подтверждающие это документы представлялись судам, но, по словам адвокатов, не получили надлежащей оценки.
В отдельных делах конфисковывалось даже имущество родственников осужденных. Затем непогашенные иски становились основанием для отказов в УДО и замене наказания более мягким.
Возникает вопрос: почему по делу, в котором Генпрокуратура сообщает о доходе в 337 млн тенге и более чем 6,2 тысячи вовлеченных, суд первоначально счел возможным условное наказание без конфискации, тогда как независимым продавцам назначали реальные сроки?
Где единая судебная практика?
Сам по себе мягкий приговор по одному делу не доказывает необоснованность других. Обстоятельства каждого производства должны оцениваться отдельно. Однако разница настолько существенна, что требует понятного объяснения.
Если строгость наказания зависит от роли человека, размера дохода, количества потерпевших и контроля над деньгами, почему эти критерии не обеспечивают хотя бы сопоставимый подход?
Тем более что QNET никогда не признавалась финансовой пирамидой в Казахстане, ее деятельность не запрещена, а сама компания продолжает состоять на налоговом учете и перечислять налоги. Независимые представители не создавали компанию и не управляли ее финансовыми потоками.
Защита также указывала на отсутствие доказательств поступления средств на счета осужденных, использование экспертиз из других уголовных производств и отсутствие полноценного анализа движения денег. Более того, упоминание независимых представителей QNET как организаторов финансовой пирамиды было удалено с сайта АФМ.
Генпрокуратура добилась пересмотра условного приговора по делу, в котором фигурируют сотни миллионов тенге. Но кто инициирует пересмотр дел тех, чья роль организаторов и получение ими денег до сих пор вызывают вопросы?
Без ответа на этот вопрос борьба за справедливое наказание выглядит избирательной: чрезмерную мягкость государство исправляет, а возможную чрезмерную суровость - нет.
Поделиться:
Мы в социальных сетях