Осужденный пытался покончить с собой в зале карагандинского суда

6Бывший помощник машиниста АО «КТЖ-Грузовые перевозки» из города Балхаш пытался покончить с собой прямо в зале карагандинского областного суда. Так он выразил свое несогласие с приговором: суд первой инстанции признал его виновным в хищении вверенного имущества, а потом апелляционная коллегия поддержала это решение. Мужчину и его напарника приговорили к двум годам ограничения свободы несмотря на их доводы и доказательства собственной невиновности.

Предыстория

По версии следствия, 28-летний машинист Евгений Глазков и его 27-летний помощник Александр Гит похитили из тепловоза 420 литров дизельного топлива. Днем 28 ноября 2018 года они слили его из крана фильтра в заранее приготовленные канистры, прямо во время движения состава. Недалеко от станции Балхаш-1 они «скинули на откос указанные канистры с дизельным топливом в количестве 13 штук», затем сдали смену в депо и вернулись за добычей на личной машине Евгения. По пути домой мужчин остановили сотрудники полиции, которые и установили факт хищения. По их словам, Глазков и Гит во всем признались.

Нанесенный КТЖ ущерб оценили в 82 255 тенге, а самих товарищей признали виновными в присвоении вверенного чужого имущества, совершенном группой лиц по предварительному сговору и с использованием своего служебного положения.

26 февраля 2019 года Балхашский городской суд приговорил Евгения и Александра к двум годам ограничения свободы с лишением права занимать в течение года материально-ответственные должности в национальных компаниях и их дочерних организациях. Кроме того, суд конфисковал в доход государства вещественные доказательства – те самые канистры с топливом и автомобиль Hyundai Grand Starex, принадлежавший машинисту.

Виноват ветер?

3Осужденные и их адвокат Сергей Галко подали апелляционную жалобу в Карагандинский областной суд. Во время процесса они указали на множество нарушений уголовно-процессуального кодекса, допущенных, по их мнению, следствием и судом первой инстанции.

Апелляционная коллегия рассматривала дело больше месяца. Сначала слушание назначили на 30 апреля 2019 года, но отложили до 14 мая по ходатайству прокурора. В указанный день заседание снова перенесли, теперь уже по просьбе защитника. В итоге рассмотрение состоялось 16 мая.

11.15. — Адвокат Сергей Галко зачитал жалобу, в которой привел доводы в пользу невиновности своих подзащитных. По его словам, на Евгения и Александра с самого начала оказывали давление.

— Да, сначала они дали признательные показания, но в дальнейшем отказались от них. Так как что работники полиции ввели их в заблуждение, — говорит юрист. – Обоим было заявлено, что если они признаются в хищении топлива с тепловоза, то им будет назначено административное наказание и на работе об этом никто не узнает. Они боялись за свои места, поэтому согласились. Это ведь обычные юридически неграмотные работяги. Следующим утром их вызвал руководитель депо, которому стало известно о факте якобы хищения. Подсудимые сразу же написали объяснительные, в которых рассказали, что произошло на самом деле.

Оказалось, что Александр и Евгений после работы поехали в кафе. На трассе «Алматы-Екатеринбург» они увидели сломанный КАМАЗ. Его водитель рассказал, что на ремонт нужны деньги, которых у него нет и предложил купить недорогое дизельное топливо. Машина Евгения работала как раз на нем, и он согласился. Часть топлива, по его словам, слили из бака, а часть из бочки в кузове.

По пути домой машиниста и его помощника задержали.

— У моих подзащитных изъяли 430 литров дизеля. Согласно же справки АО «КТЖ» следует, что в тот день у машиниста был перерасход топлива всего на 150 литров, — продолжает Сергей Галко. – По нашему мнению, когда сотрудники полиции увидели это несоответствие, то направили запрос в столичный офис АО «КТЖ Грузовые перевозки». Оттуда пришел ответ, что перерасход составил 650 литров. Откуда такой результат? И опять же, из машины изъято гораздо меньше, и я неоднократно обращал на это внимание суда.

Машинист и его помощник объяснили перерасход топлива сильным шквальным ветром, бушевавшим в тот день. Он дул навстречу составу, когда тот двигался с пустыми вагонами, это создавало эффект «паруса». На обратном пути ветер был попутным, а вагоны – нагруженными. Благодаря этому получилось сэкономить почти 90 литров дизеля. К тому же в электронной системе учета топлива бывают постоянные сбои – это подтверждают и другие работники депо. По словам защитника, этих фактов ни следствие, ни суд не учли.

Также Сергей Галко не согласился со статусом допрошенных сотрудников КТЖ из Нур-Султана. Один из них подписывал техническое заключение о перерасходе топлива на 650 литров, а второй подтвердил его правильность. В суде они фигурировали как специалисты, хотя юридически таковы признаны не были.

— Оба отрицали, что расход зависит от погодных условий, — говорит адвокат. – Другие же машинисты-практики, которых также допросили в зале, подтвердили это.  У коллеги моих подзащитных в тот же день и по той же причине был перерасход на 91 килограмм, это немного меньше, чем в нашем случае.

Не видели или не было?

В середине своей речи юрист вернулся к картине произошедшего, описанной следователем. В материалах дела сказано, что осужденные выбросили канистры из локомотива недалеко от депо.

— Дорога там однополосная, со всех сторон хорошо просматривается, — рассуждает Сергей. – Буквально через несколько минут в депо следом за Евгением въехал другой грузовой состав, потом сразу же в обратную сторону выехал пассажирский. В протоколе допроса их машинистов и помощников сказано, что они не видели ничего подозрительного, так как управляли локомотивом. На самом же деле они сказали, что на дороге или на насыпи ничего не было. Они точно это знают, так как в их прямые обязанности входит сообщать о любых посторонних людях или предметах на путях.

Больше всего недоумений у адвоката вызвала ситуация с осмотром вещественных доказательств. На заседаниях он попросил сравнить образцы якобы похищенного топлива из канистр и того, которым заправляют локомотивы. Балхашский суд постановил удовлетворить ходатайство, но в итоге этого не сделали.

— При задержании мои подзащитные участвовали в опечатывании канистр, — рассказывает Сергей Галко. – На опечатывающих устройствах стояли подписи Евгения. Когда же они приехали в линейный отдел полиции для взятия образцов, то увидели, что пломбы уже стоят другие, с подписями одного только следователя. К тому же канистры были наполовину пустыми. Как можно брать такие образцы?

Чуть позже в своей речи Евгений Глазков добавил:

— Когда мы увидели это, начали спрашивать, в чем дело. Александр достал мобильный и начал снимать. К нему тут же с матами подскочил полицейский, ударил сначала дверью, потом рукой. На него завели уголовное дело, но в судмедэкспертизе написали, что мой помощник якобы сам упал и ударился губой. Расследование по этому факту прекратили.

— После произошедшего я просил судью изучить канистры, так как осмотр вещественных доказательств — это норма УПК, но мое ходатайство отклонили, — резюмирует Сергей.

По его мнению, следствие и суд допустили еще одно серьезное нарушение: приняли во внимание протокол осмотра машины Евгения Глазкова. Согласно инструкции генерального прокурора РК, следственные действия проводят только после регистрации факта в специальной базе – КУИ. В данном же случае начальник линейного отдела полиции зарегистрировал информацию за пять минут до осмотра авто.

— То есть они получили информацию о якобы хищении и без регистрации как-то поехали ее обрабатывать, — недоумевает юрист.

На возражение прокурора о «неотложности следственных действий» Сергей Галко отвечает:

— Говорить о них здесь нельзя, так как задержание произошло чуть ли не за час до осмотра транспортного средства.

Свою речь он завершил просьбой оправдать осужденных, так как «сам факт хищения топлива, так и не доказан».

11.45 — Речь осужденного машиниста Евгения Глазкова была короткой:

— Я признался в том, чего не делал, потому что на меня надавили. На это глаза закрывают теперь. Я же не дурачок выкидывать канистры днем рядом с оживленной трассой и зная, что следом едут другие локомотивы. Когда меня только задержали, машину под арест не брали. Потом у меня просили миллион, чтобы не арестовывали. В конечном итоге ее по решению суда забрали. Ущерб был 80 тысяч, а машина стоит пять миллионов. Где закон?

— Я ничего больше добавить не могу. Скажу только, что буду бороться до конца, и, если нужно, отдам свою жизнь, — завершил Александр Гит.

Позиция прокурора

11.50 — Слово предоставили прокурору управления прокуратуры Карагандинской области Сержану Медеубаеву. Он посчитал «приговор суда первой инстанции законным и обоснованным» и попросил оставить его без изменений.

— Доводы о том, что первоначальные показания даны под давлением со стороны полиции опровергаются показаниями понятых, которые присутствовали при осмотре авто, — заявил он. – Доводы же о возможной замене топлива в канистрах, мягко говоря, не обоснованы. Никто бы не решился на это, так Уголовный Кодекс предусматривает серьезное наказание. Факт нападения полицейского на осужденного не подтвердился. К показаниям машинистов, которые говорят, что не видели на путях канистры, суд отнесся скептически, так как они на тот момент они были коллегами осужденных.

Также прокурор обратил внимание коллегии на следственный эксперимент, во время которого в локомотиве отсоединили шланг фильтра и попробовали слить с него дизельное топливо.

— Меньше чем за минуту вылился примерно литр жидкости, — сообщил он. – Поэтому я считаю, что мера наказания Глазкову и Гит соразмерна содеянному ими с учетом всех смягчающих и отягчающих обстоятельств.

Свое решение коллегия огласила в 16.00. Она оставила приговор Балхашского городского суда без изменений.

— Постановление будет оглашено в полном объеме 24 мая 2019 года в 10.00, — сообщил председатель судебной коллегии по уголовным делам Рашид Нурмагамбетов.

«Это выход»

4В эту же секунду произошло непредвиденное: Александр Гит выхватил из кармана брюк лезвие и начал резать вены на руках. Присутствующие в зале не отреагировали вовремя, и он успел нанести себе увечья. Неизвестно, чем бы все закончилось, не схвати его сотрудники суда за руки.

На их слова о том, что «это не выход», взбудораженный мужчина кричал:

— Что мне делать? Ты мне скажи. У меня кредиты, долги. Работы нет теперь. Это выход. Я сейчас на груди выцарапаю все имена: прокуроров, судей. Вы не остановите меня. Я не виноват, и буду доказывать это кровью. Где закон, люди? Где прокурор, куда он спрятался? Почему не выходит?

Прокурор Сержан Медеубаев, стоявший в стороне, действительно к Александру так и не подошел.

1Скорая и полицейские приехали к зданию областного суда лишь спустя 15 минут. До конца утихомирить раненного мужчину к этому моменту никто так и не смог. Сначала он отказывался от медицинской помощи и согласился поехать в больницу только после того, как сотрудники КНБ обещали его выслушать.

После обработки ран Александра отвезли в Михайловский ОП. Здесь у него приняли заявления в отношении нарушавших закон сотрудников полиции и прокуратуры. Далее их направили в управление полиции на транспорте.

18.30. Судья областной коллегии по уголовным делам попыталась объяснить журналистам произошедшее.

— Апелляционная инстанция не усмотрела нарушения УПК во время расследования и слушаний в Балхаше, — коротко отметила она. – Более подробная оценка всем действиям наших коллег будет дана в полном постановлении.

Адвокат осужденных Сергей Галко в свою очередь сообщил, что уже готовит ходатайство в Верховный Суд.

Сам Александр Гит сейчас чувствует себя хорошо и находится дома.

Земфира Мусабаева

 

 

Татьяна Ковалева