Прокуратура Кызылординской области собрала судей, представителей уголовно-исполнительной системы и уполномоченного по правам человека, чтобы обсудить гуманизацию уголовной политики, сообщает SotReport.kz со ссылкой на ведомство.
Участники говорили о поручении президента сократить тюремное население, расширить применение наказаний без изоляции от общества и сформировать единообразную судебную практику. По итогам круглого стола состоялся «обмен мнениями» и были определены дополнительные мероприятия.
При этом в релизе не названы ни конкретные решения, ни сроки их реализации, ни показатели, по которым можно будет оценить результат. Пока речь идет лишь об очередном обсуждении правильных целей.
Гуманизация проверяется не количеством совещаний, а конкретными судебными решениями. И здесь возникает серьезный разрыв между заявлениями и практикой.
Ущерб погашен - УДО все равно нет
Арай Киргабакова полностью погасила гражданские иски и процессуальные издержки, работает, занимается благотворительностью и больше года не нарушает условия пробационного контроля.
До окончания срока ей остается около года. Женщина попросила об УДО, чтобы выехать на лечение, которое готовы организовать и оплатить ее родственники. Суд отказал.
Получается, одним осужденным отказывают из-за непогашенного ущерба, другим - даже после полного расчета. Тогда какие требования еще необходимо выполнить?
Прокуратура добилась реального срока
Не менее показательна история Гульжан Шайбасовой. Первоначально суд назначил ей условное наказание. Потерпевшие просили не отправлять женщину в колонию, чтобы она могла работать и выплачивать ущерб.
Однако прокуратура внесла протест, после чего Шайбасовой назначили реальный срок лишения свободы. На этом фоне обсуждение гуманизации по инициативе надзорного органа выглядит особенно противоречиво.
Позднее женщине предоставили отсрочку. На свободе она соблюдала пробационный контроль и ежемесячно перечисляла потерпевшим посильные суммы. Когда срок отсрочки закончился, пробация попросила заменить оставшееся наказание ограничением свободы. Потерпевшие также не настаивали на заключении.
Несмотря на это, суд первой инстанции вернул Шайбасову в колонию. Только апелляция отменила постановление и освободила ее, признав доводы защиты обоснованными.
Как это должно работать по закону
По словам адвоката Надежды Далабаевой, нормативное постановление Верховного суда требует индивидуально оценивать поведение осужденного, его трудоустройство, поощрения, социальные связи и соблюдение режима.
Непогашенный иск не должен автоматически закрывать путь к УДО или замене наказания более мягким видом. Более того, нахождение в колонии зачастую мешает человеку работать и рассчитываться с потерпевшими.
Но если суды отказывают и при наличии долга, и после его полного погашения, возникает вопрос: при каких обстоятельствах УДО и ЗМН вообще должны применяться?
Вопросы вызывает и сам приговор
Киргабакова и Шайбасова были осуждены по статье 217 УК РК за организацию и руководство структурными подразделениями финансовой пирамиды. Речь идет о делах независимых представителей QNET.
Однако сама компания никогда не была признана финансовой пирамидой в Казахстане. Нет судебного решения о запрете ее деятельности. Более того, упоминание независимых представителей QNET как организаторов финансовой пирамиды было удалено с сайта АФМ.
Независимые представители не создавали компанию и не контролировали ее финансовые потоки. Деньги покупателей поступали непосредственно QNET в качестве оплаты за товары. Защита также заявляла об отсутствии доказательств поступления средств на счета конкретных осужденных, использовании экспертиз из других дел и отсутствии полноценного анализа движения денег.
Гуманизация измеряется не количеством круглых столов, а количеством обоснованных решений, позволяющих исправившимся людям вернуться в общество. Пока суды отказывают и тем, кто выплачивает ущерб по мере возможности, и тем, кто уже рассчитался полностью, поручение о сокращении тюремного населения остается скорее темой совещаний, чем устойчивой судебной практикой.
Поделиться:
Мы в социальных сетях