В январе 2026 года кассация не стала менять приговор по делу о финансовой пирамиде. Через семь месяцев тот же судебный акт пересмотрели в отношении одного из осужденных - Бауржана Уали. Инициатором на этот раз выступила сама Генпрокуратура.
Заместитель Генпрокурора указал на нарушения при назначении Уали конфискации. Апелляция не конкретизировала имущество, которое следовало изъять, а прокурор вообще не просил назначать это дополнительное наказание. По мнению Генпрокуратуры, суд вышел за пределы требований обвинения и ухудшил положение осужденного, сообщает SotReport.kz.
Кассация согласилась и отменила конфискацию, оставив судебный акт в остальной части без изменения.
Само решение вопросов не вызывает: если допущено нарушение, его нужно исправлять. Вопрос в другом - почему этот механизм сработал именно так.
Один приговор - два результата
Бауржан Уали, Рустем Жумагельдиев, Данияр Шынгожаев и сестры Белгибай были осуждены одним апелляционным приговором Кызылординского областного суда от 6 марта 2025 года.
В январе 2026 года дело дошло до кассации. Перед началом рассмотрения суд обозначил: ходатайства защиты Жумагельдиева, Шынгожаева и сестер Белгибай будут рассмотрены, Уали - нет. Причина - ранее он уже обращался с ходатайством о пересмотре приговора в Верховный суд и получил отказ.
14 января кассация оставила судебные акты в отношении остальных осужденных без изменения. Представитель Генпрокуратуры также не увидел оснований для отмены или изменения апелляционного приговора.
Но спустя несколько месяцев позиция изменилась. 25 августа заместитель Генпрокурора принес протест именно в интересах Уали - и нашел в том же апелляционном приговоре нарушение, которое стало основанием для его изменения.
Получается необычная последовательность: Уали самостоятельно добиться пересмотра не смог. При рассмотрении жалоб других осужденных прокуратура оснований менять приговор не увидела. А затем сама Генпрокуратура инициировала пересмотр в интересах Уали - и конфискацию ему отменили.
В одном деле квартиру возвращают. В другом - забирают у брата
Разные подходы видны и в других делах по статье 217 УК.
В деле Д. С. и Д. М. суд установил, что две квартиры являются единственным жильем осужденных и их семей. Кроме того, обвинение не доказало, что недвижимость приобретена на преступные средства. Квартиры вернули владельцам и сняли ограничения.
Но другое имущество осталось под конфискацией. По информации стороны защиты, речь в том числе идет о доме, который, как утверждается, был приобретен родителями одного из осужденных. Собственник не был участником процесса и, по словам защиты, не допрашивался в рамках уголовного дела. Сейчас он пытается оспорить судьбу имущества через обращения в Генпрокуратуру. В ответах, как утверждает защита, ему указывают на то, что осужденный не обжаловал приговор в апелляции, хотя обращается другой человек - собственник недвижимости.
В деле Мейрама Жумагельдиева суд поступил иначе. Квартиру стоимостью более 21 млн тенге, оформленную на его брата Рустема, признали приобретенной на преступные средства и конфисковали.
Защита с этим не соглашалась и представляла документы, которые, по ее мнению, подтверждают законность приобретения квартиры именно братом осужденного. В ней проживали Рустем с беременной супругой и малолетним ребенком. По словам защиты, супругов не допрашивали об обстоятельствах приобретения жилья ни во время следствия, ни в суде. Попытки оспорить изъятие квартиры результата не дали.
Получается три разных ситуации: в одном деле суд возвращает жилье, поскольку обвинение не доказало его приобретение на преступные средства. В другом конфискуют квартиру, оформленную на родственника осужденного. В третьем Генпрокуратура сама добивается отмены конфискации.
И снова QNET
Все эти дела объединяет еще одно обстоятельство - они связаны с деятельностью независимых представителей QNET.
Сама QNET в Казахстане финансовой пирамидой не признана, ее деятельность судебным решением не запрещена. При этом независимых представителей компании осуждают по статье 217 УК как организаторов либо руководителей структурных подразделений финансовой пирамиды.
SotReport.kz уже писал о вопросах, которые возникают при изучении этих дел: движении денег, экспертизах, процессуальном статусе участников и конфискации имущества родственников.
Теперь к ним добавляется еще один - единообразие судебной практики.
Разные решения сами по себе не доказывают избирательность: обстоятельства каждого уголовного дела индивидуальны. Но здесь речь идет не только о разных делах. В случае Уали и остальных осужденных менялся один и тот же апелляционный приговор: сначала оснований для вмешательства не нашли, а спустя несколько месяцев Генпрокуратура сама обнаружила нарушение и добилась его исправления в отношении одного человека.
Где заканчивается индивидуальная оценка обстоятельств и начинается разный подход к применению одного и того же закона?
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: 2,17 трлн отечественным производителям: депутаты усомнились, что товары действительно делают в Казахстане
Поделиться:
Мы в социальных сетях