Так удобно следователю

Без малого два года жительница Уральска не может добиться расследования уголовного дела по факту смерти своего брата. Молодой талантливый казахстанский ученый умер в результате несвоевременно оказанной медицинской помощи. Несмот­ря на наличие документов, подтверждающих это, местное управление полиции снова и снова закрывает дело с формулировкой “за отсутствием состава преступления”, передает газета «Время«.

Фото Владимира ЗАИКИНА.

Имя Бронислава ШКУРИНСКОГО Google выдает после первых же набранных в поисковой строке букв. Учитель географии средней школы еще со студенческой скамьи всерьез занимался научной деятельностью и был известен не только в Казахстане. В 27 лет он написал и защитил диссертацию кандидата географических наук, в 32 заканчивал докторскую. Его звали преподавать в лучшие вузы Казахстана и России, однако он предпочитал учить детей и заниматься наукой. Бронислав Шкуринский — один из двух казахстанских ученых, исследовавших тему медико-географии.

— Недавно нам звонил из Узбекистана какой-то ученый. Хотел попросить, чтобы Броня проконсультировал его по некоторым вопросам — он занимается аналогичной темой в условиях своей страны. А моего брата к тому моменту уже не было, — всхлипывает сестра Бронислава Оксана Шкуринская. — Когда я сказала об этом его узбекскому коллеге, он сначала даже не поверил, так был ошарашен.

Бронислав Шкуринский погиб летом 2019 года. Внезапная смерть молодого ученого была крайне нелепой: травма живота при падении.

— Футбол был второй страстью Бронислава после географии, — вспоминает Оксана. — Он давно мечтал собрать школьную команду из старшеклассников. И наконец ему это удалось. Он был просто счастлив! Во время тренировки брат столкнулся с соперником и упал на спину. Ну, подумаешь, упал и упал. Большого значения этому сначала не придал. Но ему стало хуже, и через полтора часа пришлось вызвать “скорую помощь”.

“Скорая” доставила мужчину в городскую многопрофильную больницу в тяжелом состоянии с подозрением на острый аппендицит. Почти три часа он провел в палате без всякой помощи. Лечение начали только после того, как Оксана попросила директора школы, в которой работал Бронислав, позвонить кому-нибудь из родителей учеников, чтобы найти знакомых в больнице.

Пациенту сделали УЗИ и тут же забрали на операционный стол: ультразвук показал большое скопление жидкости в брюшной полости. Как оказалось впоследствии, у пациента произошел разрыв кисты поджелудочной железы и все это время он страдал от внутреннего кровотечения. Через 12 часов после окончания операции Бронислав Шкуринский умер.

— Нам позвонили в начале десятого утра, через три часа после того, как брата не стало, — продолжает Оксана. — Как потом выяс­нилось, операция сама по себе несложная, просто с ней слишком затянули… Если бы все сделали вовремя, он бы сейчас жил, воспитывал сына, защитил бы свою докторскую. Он лишился жизни только потому, что кому-то было лень или не хватило времени либо знаний понять, что случай неотложный. Как это назвать иначе, чем халатность?

Через четыре дня после смерти брата Оксана Шкуринская обратилась с заявлением в местный департамент полиции, и там начали досудебное расследование по статье о невыполнении или ненадлежащем выполнении профессиональных обязанностей медицинским работником, повлекшем смерть человека. Однако через три месяца дело закрыли за отсутствием состава преступления. Потерпевшую сторону о прекращении дела никто не оповестил. Оксана Шкуринская узнала об этом случайно, когда позвонила следователю.

Примечательно, что следователь городского управления полиции ЖУСУПКАЛИЕВ, судя по тексту документа, опередил время как минимум на полтора месяца. Постановление о прекращении дела вышло 11 сентября 2019 года. А проверка, на которую ссылается полицейский, была проведена только 23 октяб­ря. Родственникам Бронислава этот временной парадокс никто не объяснил.

— Я спросила следователя, как он мог заранее знать результаты несостоявшейся экспертизы, однако ответа на свой вопрос не получила, — рассказывает Шкуринская. — Вообще там в деле очень много нестыковок по датам. Но на это никто не обращает внимания.

После обращения адвоката Шкуринской в городскую прокуратуру расследование возобновили, но снова ненадолго. В начале декабря дело закрыли с той же формулировкой, сославшись на результаты той же самой проверки. В этот раз следователя поддержала и городская прокуратура, но после вмешательства областной расследование все же возобновили, а через два месяца закрыли в третий раз.

— Каждый раз, прекращая досудебное расследование, следователь оперирует двумя фактами. Это результаты внеплановой проверки местного департамента контроля качества и безопасности товаров и услуг (ДККБТУ; та самая проверка “вне времени”. — З. У.) и экспертизы, которую сделали в Актобе. Из этих документов следует, что мои претензии к врачам необос­нованны, — говорит Оксана Шкуринская. — При этом Жусупкалиев вообще не берет во внимание результаты проверки экспертного совета ФCМС и республиканского комитета ККБТУ, в которых отражены совершенно противоположные выводы.

Западно-Казахстанский департамент контроля качества и безопасности товаров и услуг действительно считает, что все действия медиков в той ситуации были адекватными и профессиональными. В документе за подписью руководителя департамента Р. КУБАТАЕВА сообщается, что для проведения проверки была создана комиссия в составе аж двух (!) человек — врача-хирурга ОО “Ассоциация независимых медицинских экспертов г. Астаны” и безы­мянного врача, организатора здравоохранения. Кстати, Утеугали КАРСАКБАЕВ, представляющий столичную ассоциацию, на момент проведения экспертизы в реестре экспертов этой ассоциации еще не состоял. Во всяком случае, на сайте этого общественного объединения указано, что он внесен в реестр только 5 января текущего года.

А теперь выдержка из самого документа от департамента ККБТУ: “В ГМБ после проведенного обследования врачом АДИЕТОВЫМ О. М. выставлен предварительный диагноз закрытая травма живота. Разрыв паренхиматозного органа. Внутрибрюшное кровотечение. Геморрагический шок 3-й ст., и обоснованно поставлено показание к оперативному лечению по жизненным показаниям после предоперационной подготовки. После проведения предоперационной подготовки и обследования произведен адекватный объем оперативного вмешательства”.

Между тем сестра Бронислава Шкуринского утверждает, что если предоперационную подготовку и проводили, то заняла она не больше 10-15 минут, а никак не два с половиной часа, которые ее брат лежал в палате без малейшего внимания со стороны медиков.

Между тем то, что мужчина умер из-за несвоевременно оказанной медицинской помощи, подтверждают две авторитетные комиссии.

Экспертный совет регионального филиала Фонда социального медицинского страхования собрал для рассмот­рения ситуации больше десятка специалистов, список которых в протоколе отражен пофамильно. Результаты экс­пертизы оказались следующими:

“Данный случай летального исхода предотвратим на уровне приемного отделения стационара. Пациенту не в полном объеме и несвоевременно оказана медицинская помощь на уровне приемного отделения с задержкой до 2 часов 40 минут при клинике геморрагического шока 3-й степени. На уровне приемного отделения не проводились противошоковые мероприятия. На уровне приемного отделения не выполнен приказ министра здравоохранения. “Об утверждении правил оказания скорой медицинской помощи”.

Комитет контроля качества и безопасности товаров и услуг (КККБТУ) Министерства здравоохранения в отличие от своих западноказахстанских подчиненных вполне согласен с выводами ФСМС. “На уровне ГМБ установлено, что пациенту медицинская помощь оказана с нарушениями требований приказа министра здравоохранения. “Об утверждении правил оказания скорой медицинской помощи” (не обеспечена медицинская сортировка по триаж-системе, пациент поздно направлен на оперативное лечение), клинического протокола №5 “травматический шок” (несвоевременно и в неполном объеме оказана противошоковая терапия)”, — сказано в решении комиссии КККБТУ.

— Следователь Жусупкалиев берет во внимание только те факты, которые вписываются в его видение ситуации, — считает Оксана Шкуринская. — Но если говорить об объективном расследовании, такие противоположные выводы нужно как минимум проверить. Мы предлагали следователю назначить экспертизу, которая поставила бы точку в этой ситуации, однако он отказывается.

В ноябре прошлого года дело Бронислава Шкуринского возобновлено в четвертый раз. Учитывая тенденцию следователя прекращать досудебное производство через каждые два-три месяца, очередной виток, видимо, вот-вот наступит. Оксана Шкуринская надеется добиться наконец объективного расследования и передачи дела в суд.

Злата УДОВИЧЕНКО