Трое подсудимых по делу об «Астана LRT» переболели COVID-19 в СИЗО

Трое подсудимых по делу об «Астана LRT» переболели КВИ, находясь в следственном изоляторе. Все случаи были летом 2020 года. Адвокаты переживают за здоровье своих подзащитных и просят суд дать им возможность пройти курс реабилитации, пишет корреспондент ИА «NewTimes.kz» Татьяна Мозговых.

Трое подсудимых по делу об «Астана LRT» переболели COVID-19 в СИЗО

Фото: ИА «NewTimes.kz»

Судья Кажимукан Мекемтас пока проигнорировал обращение адвокатов. Вероятно, потому, что официальное ходатайство по этому вопросу заявлено не было. Адвокаты лишь обратили внимание суда на состояние здоровья своих подзащитных.

— Когда вы в СИЗО находились, переболели воспалением легких с признаками коронавирусной инфекции? — спросила в ходе судебного заседания адвокат Акатова.

— Да, я летом переболел в тяжелой форме, месяц находился в медицинской части, справки все предоставлены суду, тяжелая форма была, — ответил ей подсудимый Рашид Аманжулов (бывший руководитель управления транспорта акимата Астаны).

— Обращаю внимание на то, что это новое заболевание, еще не изученное. И везде в СМИ пишут, что нужна очень серьезная реабилитация, неизвестно, на что может быть осложнение, как себя поведет организм, — начала говорить адвокат Акатова.

— Да, к нам сегодня поступили документы из изолятора, что мы вошли обратно в локдаун, — перебил ее судья Кажимукан Мекемтас.

Подсудимый Жанат Нурпеисов (был руководителем ГУ «Управление экономики и бюджетного планирования города Астаны») также сообщил суду, что летом 2020 года переболел коронавирусной инфекцией. 

Читайте также: Адвокат по делу об «Астана LRT» пытается выяснить, куда пропали деньги

Кроме того, выяснилось, что Улугбек Ачилов (директор компании «Нур Трейд») был госпитализирован в железнодорожную больницу с диагнозом «двухстороннее интерстициальное  поражение легких, характерное для пневмонии вирусной этиологии COVID-19». Объем поражения его легких составил около 30%.

Спустя пять дней после госпитализации Ачилова выписали в состоянии средней тяжести, назначив курс медикаментозного лечения, выписав трудовые и лечебные рекомендации.

Среди них избегать переохлаждения, достаточно много спать, соблюдать 14-дневный домашний карантин, проветривать помещение, наблюдаться у терапевта и кардиолога, провести контроль ЭКГ, ОКГ и КТ через месяц. Вот только сделать этого подсудимому уже не позволили. На запрос адвокатов в СИЗО ответили:

«На сегодняшний день общее состояние Ачилова У.И. удовлетворительное. Жалобы на здоровье не предъявляет. Находится под наблюдением медицинских работников учреждения. Показаний к обследованию СМАД и УЗИ сердца в данный момент нет».

Тем не менее, невооруженным взглядом видно, что Ачилов чувствует себя неважно: его речь стала немного заторможенной, есть проблемы с дыханием. У нас есть данные, что подсудимому в СИЗО не давали ничего, кроме анальгина, пока родственники не добились передачи всех необходимых лекарств.

Более того, в следственном изоляторе нет даже питьевой воды, которую с диагнозом КВИ нужно пить постоянно. Так что даже ее приходится носить ежедневно. 

Кроме того, подозреваемые находятся в камерах с большим количеством людей. О дистанции там речь не идет, каждые 10 дней задержанных переводят в новые камеры. Возможно, такая практика существует для того, чтобы подозреваемые не подружились друг с другом.

Чем опасна красная зона для судебного производства?

Главное судебное разбирательство по делу об «Астана LRT» сейчас находится на стадии завершения изучения материалов дела и перехода к исследованию вещественных доказательств. Планировалось, что у подсудимых будет возможность приехать в суд и ознакомиться с ними воочию. Однако теперь их вывоз из учреждения под запретом.

— Если мы с 21-го входим в локдаун, мы сможем вывозить подсудимых? — спросила суд адвокат Акатова.

— Я сейчас этот вопрос решаю. Мои письма из учреждения пришли с отказом в связи с тем, что мы вошли красную зону, а теперь мы вошли в локдаун, — ответил судья.

— Но есть же постановление врача республики и столицы. Там сказано, что нельзя встречаться с подозреваемыми, обвиняемыми и что они со следователями не встречаются внутри СИЗО. А про подсудимых нет речи, — заметила адвокат.

— Нет. Нам отказали официально. Но я еще проработаю этот вопрос, — пообещал суд.

— А как вы коробки (с вещдоками) повезете все туда? — спросила адвокат Акатова, но судья повторил, что проработает этот вопрос.

Куда пропали вещдоки?

— Когда мы осенью изучали материалы дела, в коробках была переписка между госорганами. После того как мне адвокат предоставил опись того, что содержится в коробках, я обнаружил, что этих коробок нет, материалы не приложены. А мы их осенью изучали. Я на них ссылаться хотел в своем выступлении. Вот как нам с этим быть? Они остались в антикоррупционной службе, — сообщил суду подсудимый Аманжулов.

— Если они там остались, вы мне скажите, мы сделаем запрос, — ответил ему судья.

— Я разговаривала с руководителем СОГ Тюлебаевым, он говорит, что эта коробка есть, но она приобщена к материалам другого выделенного дела и она одна. И Аманжулов, помогая следователю, делал опись вещественных доказательств, там действительно вся переписка, которая имеет отношение к материалам нашего дела. Может, затребовать, обозреть, снять копии и приобщить к материалам нашего дела? — предложила Акатова.

— Я заранее не могу разрешать никаких ходатайств. Но по существу обстоятельства вы можете мне направить сейчас запрос, и я этот вопрос постараюсь разрешить, — ответил суд.

Подсудимый Ачилов также обратился к суду с просьбой предоставить ему возможность ознакомиться с вещественными доказательствами по делу, потому как планирует ссылаться на них.

— И они подтверждают правоту данных мной показаний, — добавил Ачилов.

— Я же сказал, я этот вопрос еще проработаю, — ответил судья.

На данный момент еще непонятно, как именно подсудимые будут изучать вещественные доказательства. Возможно, это станет известно сегодня, 25 марта.

Напомним, на скамье подсудимых по делу об «Астана LRT» — семь человек. Они, по версии следствия, помогли главным организаторам хищений украсть 5,8 млрд тенге.

Роль основных пособников в совершении хищений следствие отвело представителям иностранных компаний, которые оказывали консультационные услуги. Во французской компании SYSTRA это Алан Годри, а в испанской компании TYPSA — Саяго Баутиста Карлос Хосе. При этом ни один из них не был вызван в суд или допрошен следствием.

А вот Аманжулову, Нурпеисову и Ашиму вменяют в вину проведение экспертиз ФЭО, ТЭО, конкурсов для реализации проекта ЛРТ. Ачилову, Абдыхамитову — работу в консорциуме с иностранными компаниями. Касабаева и Усенова обвиняются в том, что они якобы занимались обналичиваем денежных средств.