Дело о вывозе «сырой» нефти в Кыргызстан. Прения. День 3. Адвокат Алимбаев

В Актюбинской области продолжается судебное разбирательство по уголовному делу в отношении сотрудников компании «Актобе нефтепереработка» и бизнесмена из Белоруссии, которые по версии обвинения причастны к нелегальному обороту нефти в составе транснациональной организованной преступной группы. Якобы они, незаконно вывезли из Казахстана 13 тыс. тонн черного золота, оформив его как смесь нефтепродуктов «Ойл Бленд».

По версии следствия, группой руководили двое: заместитель директора ТОО «Интер Ойл Экспорт» гражданин Белоруссии Сергей Кунцевич и директор департамента маркетинга и логистики НПЗ «ТОО «Актобе Нефтепереработка» Алмаз Кужагалиев. Участвовали в группе, начальник отдела данного ТОО Азамат Кушкинбаев и главный инженер этого же предприятия Эдуард Утениязов. Директора частной компании из Алматы Садыка Раева обвиняют в уклонении от уплаты налогов.

13 и 14 ноября в суде выступил адвокат Кужагалиева Искандер Алимбаев. Он начал с указания основных позиций обвинения.

Так, по мнению прокурора, объективная сторона преступных деяний состоит в том, что в период с 27 апреля по 7 декабря 2016 года на НПЗ производился прием сырой нефти с месторождений Акжар Восточный, Копа, Жана Макат без документов, подтверждающих законность происхождения и качества нефти. Транспортировку сырой нефти ТОО «ИОЭ» без документов, подтверждающих законность происхождения и качество нефти, организовал Амитов А.А. (через ТОО «Дияр 2016», «WKD», «OilTreidLogistics»). При этом, сами водители-перевозчики были в неведении относительно преступных планов.

Кроме того, органом уголовного преследования вменяется приемка нефти без документов, подтверждающих законность происхождения с нефтебазы Алия неизвестного происхождения, без документов, подтверждающих происхождение нефти от ТОО «KazService-L». А протоколы выемки документов на ТОО «Актобе нефтепереработка», у индивидуальных перевозчиков, ТОО «Интер Ойл Экспорт», согласно которым в перечне документов нет паспортов качества.

17:09 — Алимбаев высказал свои доводы по этим пунктам. Он обратил внимание, что следствием изъяты и приобщены к делу товарно-транспортные накладные (ТТН) на весь объем поступившей от ТОО «ИОЭ» нефти в объеме 14 943,336 тонн. Что опровергает предположение следствия об отсутствии документов, подтверждающих законность происхождения нефти.

— Согласно диспозиции статьи 197 УК, уголовная ответственность наступает за отсутствие документов, подтверждающих законность происхождения нефти. К таким документам, согласно подпункту 1 пункта 5 статьи 18 закона «О регулировании производств и оборота отдельных видов нефтепродуктов», правилам квалификации данного уголовного правонарушения, относятся сопроводительные накладные, то есть ТТН.

В ТТН содержатся данные о месторождении и количестве (массе) нефти, позволяющие однозначно установить происхождение нефти. Помимо этого, она содержит и качественные параметры, такие как: плотность, содержание солей, механических примесей, температуры застывания и др. параметры. Кроме того, у водителей еще имелись копии договоров поставки (купли-продажи) нефти, переработки и перевозки, что также позволяет установить законность происхождения нефти.

— Согласно законодательству, паспорт качества является документом неустановленной нормативом формы, содержащим качественные параметры нефти, то есть одним из документов, подтверждающих качество нефти (законом не ограничен перечень документов, подтверждающих качество нефти, соответствующий паспорт приведен как один из примеров).

Паспорт качества, согласно определению, данному в п. 5 ст. 18, п. 1 ст. 12 закона «О регулировании производств и оборота отдельных видов нефтепродуктов», относится к документам, подтверждающим качество поставляемых сырой нефти, газового конденсата, продуктов переработки и уголовная ответственность в связи с их отсутствием (к каждой партии нефти) наступить не может.

Логика законодателя очевидна, если имеются документы, подтверждающие законность происхождения нефти, значит ничье право собственности, являющееся объектом охраны по этой статье, не было нарушено, уголовная ответственность наступить не может.

Он также сделал отсылку на приобщенный ответ Минэнерго, где говорится, что не существует единой установленной формы паспорта качества. А также, что законом не предусмотрено прямой нормы о необходимости представления «паспорта качества».

17:25 – Показания свидетелей, в том числе водителей автоцистерн, пояснивших, что в процессе перевозки при них имелись необходимые сопроводительные документы, которые получались ими на месторождении и передавались на НПЗ при приеме нефти.

В ходе допроса в суде, водители автовозов показали, что также проходили инструктаж по безопасности на месторождении и расписывались в соответствующих журналах. Очевидно, что такие действия не будут применяться в случае незаконного вывоза нефти с месторождения. Кроме того, обвинений в хищении нефти с месторождений нет.

17:30 – Алимбаев делает отсылку на нормативное постановление Верховного суда, посвященном обороту нефти без документов, подтверждающих законность происхождения нефти, нефтепродуктов. Где говорится: «данная категория преступлений направлена на собственность, то есть объектом преступления обязательно должна быть собственность».

— Нам известно, что по уголовному делу ни у кого, ничего не пропало и не украдено, сведения неучтенной нефти также исключаются по причинам установленного на заводе учета нефти, многочисленных показаний работников завода, документах, на которых отражено движение нефти и отсутствии каких-либо доказательств о наличии неучтенной на заводе. Нефть объемом 23 000 000 тонн, что было около 50 % от общего объема поставленной нефти, не могла бесследно исчезнуть, не отразившись на сводках РВС, на уровне потребления энергии, на бухгалтерии предприятия.

Оборот нефти, включая транспортировку и переработку, считается совершенным без документов, подтверждающим законность ее происхождения, если отсутствует сопроводительная накладная на них (это пункт 8). ТТН и сопроводительные накладные изъяты у перевозчиков, ТОО АНП, ТОО ИОЭ.

Суд прерывается. Следующее заседание начинается 14 ноября.

09:35 – Авдокат Алимбаев продолжат высказывать свое мнение по поводу обвинения. Теперь он зачитывает часть обвинительного акте, где следствие утверждает, что Кужагалиев А.У., совместно с Кунцевич С.Г., Утениязовым Э.А., Кушкинбаевым А.Т. незаконно полученную на завод сырую нефть без документов, подтверждающих законность происхождения, незаконно смешивали с легкими фракциями нефти и вывозили за пределы Республики Казахстан под видом смеси нефтепродуктов «Oil Blend».

— Невозможность попадания на завод неучтенной нефти автоматически исключает возможность переработки такой нефти в заводе. В принципе, уже тем фактом, что на заводе не было неучтенной или похищенной нефти исключает версию следствия, согласно которой именно отсутствие документов на поставляемую нефть исключает законность происхождения изготавливаемой смеси нефтепродуктов Ойл Бленд. Тем не менее, полагаем необходимым привести анализ всего обвинения и положенных в его основу материалов.

Вывод о том, что на заводе имелась неучтенная сырая нефть, а также, что сырая нефть смешивалась с легкими фракциями нефти, или подвергалась частичной переработке основаны исключительно на заключение специалиста ТОО НИИ «Каспиймунайгаз» Сейтхазиев Х. от 29 августа 2017 года, который пришел к выводу, что генетическая связь между жидкостями из вагонов-цистерн и нефть Акжар Восточный, Копа, Сагиз Западный, Северный Карамандыбас отсутствует, потому что схожесть не позволяет полноценно и безоговорочно утверждать о донорстве нефти. Это и позволило следствию, при отсутствии каких-либо других доказательств (нет ни свидетелей, ни результатов аудита, ни других достоверных и достаточных доказательств), утверждать о присутствии такой неучтенной нефти на заводе.

По мнению адвоката, такое заключение научно несостоятельно и противоречит современным научным знаниям о теории происхождения нефти. Так, в ходе своего исследования, специалист пришел к выводу, что в некоторой нефти на НПЗ, а также в трех из четырех вагонов-цистерн, которые были арестованы на станции «Арыс» не были обнаружены биомаркеры. «Однако, такое утверждение антинаучно и противоречит теории происхождения нефти», — сообщил он.

— По данному поводу доктор химических наук, профессор университета им. Губкина Гируц М.В., специализирующийся на биомаркерах, в своем заключении пришел к выводу, что такое утверждение противоречит господствующей теории происхождения нефти. Дело в том, что утверждать отсутствие биомаркеров нефти, тоже самое, что утверждать, что у человека отсутствует ДНК. Тем более, что вся нефть была налита в цистерны из одного резервуара. Но эксперты нашли биомаркеры только в некоторых цистернах, в других, по их мнению, биомаркеры отсутствуют.

Согласно выводам специалиста Ибрашевой Р.Х., применение геохимического биомаркерного анализа не пригоден для определения структурно-типового состава углеводородов и установления идентичности в происхождении анализируемых проб. Биологические маркирующие соединения (биомаркеры) свидетельствуют о биогенной (из органического вещества) природе образования нефти. Доказательством идентичности происхождения различных образцов является схожесть их углеводородного состава.

10:00 – Еще одно доказательство по делу: заключение эксперта № 4839 от 26 декабря 2016 года, подготовленное главным экспертом Института судебной экспертизы по Южно-Казахстанкой области Даулетовой С.А., согласно выводам которой в 4 вагонах-цистернах, арестованных на станции Арысь, содержится нефть.

По мнению Алимбаева, это исследование подлежит признанию недопустимым в качестве доказательства в связи необоснованностью выводов, нарушением порядка назначения экспертиз, нарушением порядка оформления результатов специального исследования.

— В своем заключении эксперт установила провал в составе жидкости из вагонов-цистерн, преобладание легкой (бензиновой) и остаточной (мазут) фракций над средней (керосиногазойлевая). Таким образом, эксперт установила прерывание гомологического ряда, отсутствие фракции. Такое может произойти только в результате переработки, так как нефть – это жидкость с последовательным гомологическим рядом, он не прерывается, а процент отгона увеличивается с увеличением температуры. Однако, несмотря на результаты исследовательской части, где эксперт фактически приходит к выводу, что в вагонах-цистернах находятся нефтепродукты, в самом выводе приходит к выводу о том, что в вагонах-цистернах находится нефть.

Сторона защиты не имела возможности допросить данного специалиста, поскольку ходатайство о допросе эксперта Даулетовой было отклонено. В суде также не были оглашены ее показания, не представлены доказательства о невозможности явки в судебное несмотря на то, что она была допрошена в качестве свидетеля, а ее заключение является основным доказательствам обвинения. Это свидетельствует о грубом нарушении процессуальных гарантий, предусмотренных законом, в том числе на защиты и право допроса свидетелей, показывающих против обвиняемого.

Экспертом также не было приобщены к материалам исследования результаты хроматографического исследования. При том, что согласно показаниям специалиста Ибрашевой, которая в отличие от Даулетовой была допрошена в суде, основным методом установления сходства и различия нефти, нефтепродуктов, определения их природы, является исследование молекулярного состава нефти, который устанавливается на основе хроматографического исследования.

Далее Алимбаев приводит выводы доктора химических наук, профессора российского университета нефти и газа им. Губкина Гируца М.В.: «жидкость, находящаяся в вагонах-цистернах №№ 51339497; 73074212; 54095229; 54597430, не является сырой нефтью».

Пояснение: «указанная жидкость не может быть сырой нефтью или ее смесью с бензином-растворителем, в связи с тем, что в ней полностью отсутствует керосиновая и частично фракция легкого газойля. При этом одновременно как бензиновая, так и остаточная присутствуют в большом количестве. Это говорит о том, что фракции были изъяты в результате переработки, что исключает возможность нахождения в вагонах-цистернах сырой нефти».

По мнению эксперта, исходя из показателей нефти с месторождения Жангурши, получить путем смешения такой нефти с бензином-растворителем жидкость со свойствами смеси нефтепродуктов «Ойл Бленд» невозможно. Кроме того, специалист, на основе существующих научных знаний, помимо прочих сделал следующие выводы:

  1. Продукт, в котором присутствуют фракции, выкипающие до 180°С и выше 240°С и отсутствует фракция, выкипающая в пределах 180-240°С, нефтью не является.
  2. В содержимом резервуаров вертикальных стальных присутствуют все фракции углеводородов, в отличие от содержимого вагонов-цистерн, где керосиновая фракция отсутствует.
  3. Продукт, именуемый как смесь нефти месторождения Жангурши и нафты, не мог быть получен их смешением. Этот продукт по фракционному составу не соответствует содержимому вагонов-цистерн.
  4. Биомаркеры — это соединения, сохранившие черты строения исходных биомолекул, из которых образовались нефтяные углеводороды.
  5. В нефтях, конденсатах и рассеянном органическом веществе пород биомаркеры отсутствовать не могут.

10:10 — Смесь нефтепродуктов Ойл Бленд изготовлялась путем смешения бензина-растворителя (27,73%), судового топлива (16,41%), мазута (55,86%).

В обвинительном акте имеется утверждение о том, что смешение нефтепродуктов незаконно, так как в результате компаундирования, в соответствии с п.6 ст.1 Закона «О регулировании производства и оборота отдельных видов нефтепродуктов», компаундированием является смешивание двух или нескольких компонентов, в том числе введение присадок, добавок, в целях получения нефтепродукта заданного качества, к которым смесь нефтепродуктов «Oil Blend» согласно п. 10 ст.1 Закона не относится (страница 7 обвинительного акта).

В подтверждение также приобщена переписка с Министерством энергетики (том 92 л.д. 143-151), из которой следует, что:

  • В случае соответствия физико-химических показателям нефти, производство продукции СН Ойл Бленд является недопустимым;
  • Компаундирование с целью получения СН Ойл Бленд не допускается;
  • Устройство для компаундирования должно быть предусмотрено паспортом производства.

Адвокат по этому поводу выступил со следующим:

— В преамбуле Закона «О регулировании производства и оборота отдельных видов нефтепродуктов» провозглашается, что данный нормативный акт регулирует отношения складывающиеся в процессе производства и оборота отдельных видов нефтепродуктов, а именно: бензина, авиационного керосина, дизеля и мазута. Поэтому ссылка на этот нормативный акт на подтверждение вины Кужагалиева А.У. необоснованно. При этом, одними техрегламентами таможенного союза, частью которого является Республика Казахстан предусмотрено более 30 видов нефтепродуктов. Часть из них изготовляется путем смешения (компаундирования) и не предусмотрены Законом «О регулировании производства и оборота отдельных видов нефтепродуктов». К примеру, печное топливо. Из логики обвинения следует, что их производство на территории Республики Казахстан также незаконно. Однако, данный продукт свободно продается.

Из вышеизложенного следует, что СН Ойл Бленд не совпадает по физико-химическим параметрам нефти, не является ей. Кроме того, в переписке не определено, что какие именно параметры должны совпадать (вплоть до цвета), а какие нет, границы доказывания крайне размыты. Кроме того, официальные лица министерства не относятся к субъектам толкования и разъяснения закона, в этой связи частного мнение автора письма не имеет юридической силы, в соответствии с законодательством.

Возможность производства Ойл Бленд определена паспортом производства завода. Прежде чем утвердить данный паспорт, Министерство энергетики проверяет оборудование предприятия и выясняет вопрос возможно ли производство той или иной продукции на этом оборудовании. В этой связи, утверждение паспорта производства, в котором указано смесь нефтепродуктов Blend означает возможность производства такой смеси на этом НПЗ. Как известно, такой продукт как СН «Ойл Бленд» предусмотрен паспортом производства.

10:47 – Алимбаев указывает, что в деле нет свидетельских показаний о том, что нефть на заводе не перерабатывалась, а смешивалась без переработки с легкими фракциями нефти, или в результате частичной переработки смешивалась с нефтепродуктами, продуктами переработки.
Напротив, в суде, все свидетели, имевшие отношение к процессу переработки нефти и изготовления продукции завода (работники цеха нефтепереработки, в том числе Алиев А., цеха нефтебазы, начальники цеха нефтебазы Карменова Н., Дедиков Н., начальник цеха нефтепереработки Толеусары А., начальник технико-производственного отдела Шамарин Д.), в том числе смеси нефтепродуктов Ойл Бленд показали, что:

  • Вся нефть, поступавшая на завод в 2016 году, подвергалась процессу переработки;
  • В результате переработки получались следующие продукты: бензин-растворитель (нафта); керосин; легкий газойль; тяжелый газойль; мазут.

— Тот же самый процесс производился с нефтью ТОО ИОЭ. При этом из керосина и легкого газойля изготавливался дизель. Полученные в результате переработки бензин-растворитель смешивался с фракцией тяжелого газойля (судовое топливо), а также с остаточной фракции (мазутом).

При производстве смеси нефтепродуктов Oil Blend, работники цеха нефтебазы, которые производили изготовление смеси, руководствовались рецептурой, указанной в распоряжении о компаундирование, в результате составлялся акт компаундирования.

Рецептура производства СН Ойл Бленд была следующей: бензин растворитель 27,73 %, судовое топливо в 16,46 %, мазут 55,86 %. В ходе следствия и суда было установлено, что данная рецептура было согласована с ТОО ИОЭ.

Кроме того, свидетели – работники лаборатории Койлыбай Р., Бабилова М., Уразова Р., Айткулова Г., Жубатырова А. и др. показали, что производили постоянный контроль качества процесса переработки и получаемой продукции, производя промежуточные испытания каждые 4 часа, а также испытания готовой продукции на соответствие заявленным параметрам качества. Свидетели показали, что в результате переработки, представляемые им пробы, не были нефтью.

11:02 – Алимбаев указывает на обвинение по части 3 статьи 28, части 1 статьи 385 УК (изготовление поддельных официальных документов) и последующее использование поддельного документа, то есть преступление, предусмотренное частью 3 статьи 385 УК (использование заведомо подложного документа):

Следствие считает, что Кужагалиевым А.У., совместно с другими подсудимыми разработали стандарт производства выдуманной, несуществующей смеси нефтепродуктов «Oil Blend», который по своим параметрам полностью повторяет стандарт на нефти для того, чтобы процесс смешения сырой нефти с бензином-растворителем завуалировать под законную деятельность. А подписи в стандарте выполнены не Генеральным директором и Главным технологом, а другими лицами.

— По этому поводу, в первую очередь необходимо обратить внимание на то, что стандарта на нефть как такового не существует. Имеется утверждённые технические условия на нефть, где описаны те или иные параметры нефти в зависимости от этого они разделены на три типа. При сравнении стандарта производства Ойл Бленд и технических условий на нефть следует, что эти параметры существенно разнятся по фракционному составу, содержанию серый, солей, воды. Таким образом ни один из типов нефти не повторяет полностью параметры смеси нефтепродуктов Oil Blend, то есть смесь никак не может быть отнесена к какому типу нефти.

Вместе с тем в ходе допроса доктора химических наук Ибрашевой в судебном заседании, было установлено, что, к примеру, ГОСТ на такой продукт мазут повторяет технические условие на тяжелую нефть, однако из этого очевидно не следует, что мазут является сырой нефтью, как следовало бы если руководствоваться логикой обвинения.

Помимо этого, главный технолог Мисюрин активно участвовал в разработке стандарта производства Ойл Бленд, чему в деле имеются неопровержимые доказательства. К таковым относятся показания самого генерального директора Тасмагамбетова И., который в ходе своего допроса на стадии досудебного расследования, подтвердил, что Мисюрин разрабатывал стандарт производства Ойл Бленд.

Кроме того, к делу приобщена электронная переписка, в которой он активно участвует, обсуждая разработку этого стандарта. Также, согласно показаниям свидетеля Койлыбай Р., Мисюрин принимал участие в разработке и утверждении стандарта.

Сам Генеральный директор в ходе следствия говорил, что с ним согласовывалось решение о производстве продукта СН Ойл Бленд, что им подписывалась вся документация, сопровождающая этот процесс, начиная от паспорта производства и заканчивая актов компаундирования и передачи готового продукта. Что есть экземпляр стандарта, который точно подписан им, и он знал о производстве этого продукта, знал, что из себя представляет этот продукт и с какой целью он разрабатывался.

Кроме того, доказано, что в ходе досудебного расследования, были изъяты копии стандартов  производства– техусловия, изъятые с ТОО АНП, техусловия, которые были изъяты из Западно-
Казахстанского филиала АО Национальный центр экспертизы и сертификации (НацЭкс), стандарт  производства, изъятый – КГД МФ РК и наконец– изъяты и осмотрены заявка на получение кода ТН ВЭД и сам стандарт. Если обратить внимание на титульный лист, изъятый в НацЭкс, органах КГД, то в них подпись как Главного технолога, так и Генерального директора существенно отличаются от их подписей в оригинале стандарта даже визуально.

Следствием не было установлено, при каких обстоятельствах получилось три копии одного и того же титульного листа. При каких обстоятельствах был заменен титульный лист на подлиннике стандарт и когда это могло произойти. При таких обстоятельствах, поскольку почерковеды следствия, в частности эксперт Азарова исследовала заведомо недостоверный, замененный титульный лист стандарта, который отличается даже визуально от копий, имеющихся в государственном органе, возникают сомнения в достоверности образцов для экспертного исследования и достоверности полученного результата. Это не позволяет нам ссылаться как эти материалы, как на допустимые доказательства. Такие доказательства не могут быть положены в основу обвинения. В этой связи, считает необходимым при исследовании данного эпизода, оценивать доказательства в совокупности, в том числе, с показаниями свидетелей. Из такой
совокупности следует, что Мисюрин действительно подписывал стандарт. Это и переписка по
почте, и подписание их описания технологического процесса, это и составление им паспорта
производства, в который он собственноручно вносит в качестве производимой продукции СН Ойл
Бленд, это и показания свидетелей.

При этом, также в материалах дела в качестве вещественного доказательства имеются технические условия на производство СН Ойл Бленд с изменениями, состоящий также из 9 листов, в котором подробно описаны стандарты смеси. Данный документ утвержден Генеральным директором ТОО АНП, 28 сентября 2015 года, то есть за несколько месяцев до начала производства смеси нефтепродуктов Oil Blend в 2016 году.

Данное дело могло быть окончено еще в 2017 году, когда прокуратура приняла решение и дала указание на проведение полноценного следственного эксперимента, суть которого состояла в том, чтобы изготовить продукт СН Ойл Бленд по рецептуре, установленной в ходе производства по делу. Потом провести испытания этой пробы, для определения физико-химических параметров и сравнить их с параметрами нефти. Однако, полноценное исполнение данного указания надзорного органа следствием было проигнорировано по всяким надуманным основаниям. К примеру, в августе 2017 года утверждалось, что проведение исследования невозможно, так как специалисты института судебных экспертиз находятся в отпуске. Однако несмотря на то, что с тех пор прошло больше года, необходимых специалистов так якобы и не оказалось.

В результате проведения такого испытания пробы, сразу стало бы ясно, что продукт СН Ойл Бленд
не является нефтью. По всей видимости, понимая это, следствие по этой причине и не исполнило
полностью указание.

Однако, органом следствия было организовано изготовление пробы по заданной рецептуре,
которая не была исследована специалистами. Тем не менее, испытания были проведены на
лаборатории завода и результаты подтвердили позицию защиты, о чем к материалам дела подшит соответствующий протокол испытаний.

При таких обстоятельствах, в соответствии со статьей 394 УПК, прошу:

  1. Вынести в отношении Кужагалиева А.У. оправдательный приговор.
  2. В удовлетворении исковых требований потерпевших отказать.
  3. Снять арест с имущества, принадлежащего Кужагалиеву А.У., а именно арест с доли в уставном капитале ТОО «Алмаз Интернэшнл Трейдинг Компани», ТОО «Актобе нефтепереработка».
  4. Обращаем внимание, что ранее наложенный арест на дом, расположенный по адресу: г. Алматы, мкр. Кок-Тобе, ул. Кыз-Жибек, дом 46 отменен, о чем защитой к материалам дела приобщено соответствующее постановление Актюбинского областного суда от 12 июня 2018 года.
  5. Вынести частное постановление в отношении сотрудников МСОГ по предполагаемым фактам оказания давления на потерпевшего, представлению в экспертный орган и специалистам недостоверных проб по экспертизе № 67 от 17 января 2017 года; необоснованному, вопреки установленному законом порядку реализации вещественных доказательств – содержимого вагонов-цистерн.
  6. Провести полноценный следственный (судебный) эксперимент, то есть приготовить пробу СН Ойл Бленд по его рецептуре: бензин-растворитель: 27,73 %; судовое топливо: 16,41%; мазут 55,86% и произвести испытания полученной пробы. Произвести указанный эксперимент на ТОО Актобе нефтепереработка, отбор, изготовление проб поручить сотрудниками ТОО «Saybolt Kazakhstan», которых привлечь к участию в деле в качестве специалистов

Tanya Kovaleva

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *