Чем закончился допрос главного свидетеля по делу генерал-майора Копбаева

Допрос главного свидетеля по делу генерал-майора Кайрата Копбаева продолжался в течение трех судебных заседаний. Но и после завершения вопросов к нему у участников процесса, судья обязал его присутствовать на следующих заседаний, из-за того, что к нему могут появиться новые вопросы.

Напомним, в столице проходит главное судебное разбирательство по обвинению генерал-майора Копбаева в получении взятки в размере 200 тыс. тенге за трудоустройство капитана Турара Улкпанова в летное училище в Актобе.

По сути, начальника департамента кадров и образования министерства обороны судят за то, что он взял деньги и не устроил на работу родственника взяткодателя.  По ходу заседаний появляются и другие эпизоды, где главный свидетель Алмас Копбаев (хороший знакомый генерала) просит об услугах. «Друзья» даже обсуждают «просьбы», но в итоге ничего в жизни этих людей не меняется.

В обвинительном акте написано: «генерал-майор Кайрат Копбаев 2.05.2019 года получил от своего друга Бекбауова 200 тыс. тенге за трудоустройство Турара Улукпанова (племянник Бекбауова) в военный институт сил воздушной обороны РК (ВИСВО) в городе Актобе». Однако, Улукпанова почему-то не устроили. А потому, как утверждает Бекбауов, он попросил генерала вернуть ему деньги, за не оказанную услугу. Генерал, якобы, вернул.

В итоге, генерал-майора обвиняют по ст. 366 ч.2 УК РК (получение взятки в значительном размере). Во время следствия он был помещен в изолятор временного содержания, где находится и сейчас. К слову, все дело держится только на показаниях единственного свидетеля обвинения Алмаса Бекбауова. А все остальные участники процесса опровергают показания Бекбауова.

Так, например, его племянник (тот самый Улукпанов) заявляет, что не просил дядю о помощи и уж тем более не давал на это денег. Начальник училища, сообщил суду, что в тот момент остро нуждался в кадрах способных работать с личным составом, и был не против взять Улукпанова и без чьих-то просьб. Более того, свое согласие дать парню работу он выразил документально.

Турар Бакытжан (через которого Копбаев якобы вернул 200 тыс. Бекбауову) сообщил, что завез деньги Бекбауову, так как тот летел в Актобе (место проживания Бекбауова). В тот момент родственник генерала находился в Актюбинской больнице, а его семья нуждалась в финансовой помощи, который Копбаев и хотел оказать (все подтверждено материалами дела).

Арман Альжанов в суде заявил, что даже не видел Бекбауова, хотя последний сообщат, что движение документов его племянника курировал именно этот человек.

Допрос Бекбауова. День 3 (приводит отрывки допроса, которые мы посчитали интересными)

Алмас Бекбауов и его адвокат

Алмас Бекбауов и его адвокат

Начало заседаний. Вопросы свидетелю Бекбауову задает Кайрат Копбаев:

Ранее на вопрос адвоката «почему вы 2 мая не упомянули в разговоре Улукпанова, а все время речь шла о сержантской должности» вы ответили «не знаю, почему этот разговор не попал в запись». Что вы поясните по этому вопросу? Почему Улукпанов не попал в эту запись?

— Я не знаю. Я про Улукпанова говорил, что он вернулся с Караганды, родители умерли, и он подает документы в летное училище.

— Ни в одном месте материалов уголовного дела, НСД, расшифровках разговоров нет фамилии Улукпанова. Ни в одном. Ни как его зовут. Меня записывали, слушали, — отметил Копбаев.

(…)

— Вы образованный человек, бывший депутат представительного органа, все-таки поясните что значит ваша фраза «я устал обращаться 30 ноября 2019 года, когда был в Астане, а ждать, когда наступит 2020-й год?». Почему вы явились с повинной 15 января 2020 года, а не 30 ноября 2019 года, когда вы были в Астане? – продолжил допрос Копбаев

— Я действительно ждал конец года, думал, вы вернете деньги. Год перевалил и только после этого я решился, — ответил Бекбауов.

— Какие деньги? Если я у вас их не брал! Это первое. Второе – если эти деньги и были, почему 30 ноября вы не спросили, вы у меня вы были, — возмутился генерал

— Я ответил на вопрос. Я ждал, чтобы год кончился.

— Вы сказали, что не та была обстановка в моем доме. А какой она должна была быть. Почему обстановка вас не устроила? – спросил Копбаев

— Ну, я находился в гостях, за дастарханом, и не смог затронуть этот разговор.

— Мы были наедине, мы с вами в зале сидели. Уважаемый Бекбауов, мы с вами в зале сидели.  Почему вы не спросили? Мы с вами вдвоем сидели, судачили, секретничали, почему вы про деньги не спросили, пока жена тесто месила?

— (пауза) Не знаю. Ну не спросил тогда.

(…)

— Бекбауов нас обманывает все время. На следствии один ответ, сейчас другой ответ. Если вы помните, вы сказали, что ни о чем со мной не разговаривали у меня дома. Вы исключили всякого рода разговора, а сейчас вы вспоминаете, что у нас все-таки был разговор, а на следствие вы молчали, на предыдущем допросе – умолчали. А на мой вопрос, вы решили ответить. Почему у вас такие расхождения в показаниях? – продолжал Копбаев

— Вспоминается, уточняется, — ответил Бекбауов.

— Вы в этот день просили за воинское звание Кумарова. Вы подтверждаете это?

— Точно не могу ответить. Не помню.

(…)

WhatsApp Image 2020-09-07 at 15.53.27

Из-за странных ответов Бекбауова суд разрешил генерал-майору Копбаеву обращаться к материалам дела, и зачитывать стенограммы разговоров.

(из переписки в whats up)

«Копбаев: «ваш вопрос решен?». Бекбауов: «У меня 2 вопроса».

— О ком идет речь? – спросил генерал

— О Максиме (перевод сержанта на офицерскую должность).

— Второй о ком?

— О Кумарове (присвоение внеочередного звания).

Бекбауов: «какой из них решен, надеюсь второй?». Копбаев: «(палец вверх)».

— Что вы ответили? – уточнил Копбаев

— Если получится, что он получит полковника, обмоем вместе и все, — ответил Бекбауов.

— Но вы же писали, что приготовите мне что-то. Что вы хотели мне приготовить? – спросил Копбаев

— Ничего, — сказал свидетель и усмехнулся.

— Но пишите же.

— Ну, — протянул Бекбауов, — так написал чтобы… (пауза)

Далее из переписки:

Бекбауов присылает какую-то справку от подполковника Кумарова, генерал на это пишет: «что с ним?». Бекбауов: «помните, хотели звездочку». Копбаев: «понял». Бекбауов: «теперь что?». Копбаев: «уже поздно».

— Это только часть того, что свидетельствует о вашей высшей лживости. И это только часть. Вы подтверждаете, что у вас было всего 2 вопроса. И резюмируете, что по итогам года только 2 вопроса: Максим — я не отрицаю, по нему были какие-то поползновения, и второе – это Кумаров. Почему Кумаров, Улукпанов и Сапаров, категорически отрицают, что когда-то у вас просили о чем-то?

— Я же не могу отвечать… — ответил Бекбауов.

(…)

Копбаев зачитывает явку с повинной Бекбауова в Антикоррупционную службу

«15 мая прошлого года я прилетел в Астану и встретился с Копбаевым в ресторане Фудзи и попросил его помочь трудоустроиться в летное училище. И попросили познакомить меня с Ибраевым. И когда мы уходили, я на лестнице засунул ему в карман 200 тыс. тенге».

— Почему в установленном порядке явки с повинной, вы указали, кому вы даете, за что, в интересах кого. Есть здесь фамилия Улукпанова: Вы здесь просите, чтобы помог вам трудоустроиться, и поэтому я звоню Ибраеву. Я просил, действительно. Но почему вы не написали в явке с повинной, за что вы отдали деньги? – спросил Копбаев

— Не могу ответить, тогда же были следователи, они отбирали это,.. я думал, что так лучше, наверное. Не могу ответить.

(…)

В своих показаниях Бекбауов говорил о том, что 9 августа 2019 года Копбаев в здании министерства обороны представил его некому Арману, который должен был курировать этот вопрос трудоустройства Улукпанова.

— 7-9 августа я с вами встретиться не смог встретиться. Мы с вами только созвонились. Но вы 9-го августа созваниваетесь с Ибраевым и говорите, что вы вышли со здания МинОбороны от Кайрата. Но я вас не видел вообще. Такие же показания вы дали следствию. Что вы можете пояснить?

— 9-го рано утром вы сказали подъехать, я был в отпуске с семьей. И там буквально на полчаса мы встречались, — ответил Бекбауов.

— Вы в здании министерства обороны 8-9 августа не были.

— (пауза) Почему? – удивился Бекбауов.

— Мы с вами не виделись.

— Мы на проходной, на улице встретились. Рано утром.

— Но я такого не помню. Только что разговаривали. Альжанов тоже отрицает эту встречу.

Адвокат Оразалин зачитывает ответ, от министерства полученный по адвокатскому запросу из которого видно, что Бекбауов в ведомственное здание не заходил.

— Я отправил с ходатайством о приобщении. Это подтверждает, что Бекбауов дает не достоверные сведения суду. Придумывает на ходу свои версии, — отметил Оразалин, более того, он поясняет, что здание МО РК – является режимным объектом, где у посетителей забирают сотовые телефоны, а потому позвонить Бекбауов никому не мог.

прокурор Ермек Мами

прокурор Ермек Мами

(…)

— В своих показаниях вы ссылаетесь на некого Жуманазарова, который хлопотал за Максима и женщину. Вы можете дать суду данные Толемурата Жуманазарова, чтобы мы могли допросить его в суде? – спросил свидетеля адвокат Оразалин

— Могу дать, но Жуманазаров в этом году умер, — ответил Бекбауов.

— А как вы объясните, что все свидетели отказываются от вашей версии, что они вас просили. А свидетель, на которого вы ссылаетесь, мы тоже допросить не можем – он умер.

(…)

Большинство судебных заседаний страны проходит в режиме онлайн. Кто-то использует программу trueConf, кто-то Zoom, а кто-то проводит заседания на платформе What-s up. Военный суд, предпочитает Zoom. Однако, администратор этого суда, почему-то не выделил денег на покупку платного аккаунта для суда, а потому через каждые 40 минут, заседание прерывается, и всем участникам приходится переподключаться. Что занимает довольно много времени.

(после вынужденного перерыва на переподключение)

— 2 мая 2019 года при встрече  с вами, во что я был одет? – спросил Бекбауова генерал Копбаев

— По-моему вы пришли в спортивной  форме с надписью СССР, — ответил свидетель

— А почему на предыдущем заседании вы сказали, что я был в черной шубе?

— Ну сверху по-моему что-то было. Не помню.

— 2 мая было 18 градусов тепла. Какая шуба. Вы вспомните, во что я был одет?

— В спортивной форме были.

(…)

— По материалам дела получается, что рядом с вами находились оперативники, сотрудники которые записывали вас, вели вас, рядом находились. Если вы деньги, передали деньги 2 мая 2019 года в людном месте. Почему они тогда не провели задержание с поличным. Если они там были. Может их не было? – спросил свидетеля адвокат Оразалин

— Я 2 мая даже не знал, что за ним следили и велось НСД, — ответил Бекбауов.

— Я не спрашиваю – было или нет. У нас другое сомнение. Если вы передаете деньги, оперативники находятся рядом, почему они задержание не провели? Может не было передачи?

— А вы этот вопрос задайте им, не мне.

(…)

— Вот вы говорите, что осенью вам Улукпанов позвонил, сказал, что он не хочет. Что вам мешало позвонить Копбаеву и сказать – он не хочет, верни деньги. Зачем вам нужно было ждать, что год перевалит. Если вы могли сделать это сразу, — спросил Бекбауова адвокат Оразалин.

— Я это в переписке написал: 2 просьбы, одну отменяем. Мне ничего не мешало, но я не помню из каких это сделал.

— В переписке идет речь о 2-х вещах: первая просьба по Максиму, вторая по Кумарову. Поясните, если вы на тот момент считали, что Копбаев должен еще сопроводить вопросы по Улукпанову, почему вы об этом ни в сообщении, ни в переписке, нигде ни одним словом после 2 мая не упоминаете? При этом, вы говорите, что ждали от него это, — продолжил защитник

— Никакой причины не было. Не могу ответить.

генерал-майор Кайрат Копбаев

генерал-майор Кайрат Копбаев

(…)

— Несмотря на то, что вы утверждаете, что приехали в Астану 14-го, вы прилетели 15-го января (подтверждение документы из авиакомпании о том, что билетом воспользовались, и человек находился на борту) и после обеда вы поехали в орган досудебного расследования, и после этого 15-17-го вы Копбаеву звонили? – спросил адвокат Сарсембаев

— Нет. Не знаю почему.

(…)

— После подачи заявления в отношении вас должны были принять определенные процессуальные решения, а теперь вы говорите, что не знаете тонкостей. Как объяснить противоречия? – продолжил допрос Сарсембаев

— Ну, тогда с меня взяли подписку о невыезде по месту проживания, по-моему и положенные следственные действия провели и отпустили, — пояснил Бекбауов

— Зачем вы врете? Вводите суд в заблуждение. В отношении вас не могли избрать меру пресечения в виде подписки о невыезде, поскольку вы не были на тот момент признаны подозреваемым, — возмутился адвокат.

— Да я уже не помню. Я не вру. Это вы вопросы задаете! – ответил Бекбауов.

(…)

(переподключение)

— А вот вы сказали, 25 лет не виделись с Копбаевым? – приступил к допросу судья

— Даже больше. С 1994 года.

— А когда вы начали с ним общаться?

— После присвоения ему звания ему генерала, я отыскал, нашел телефон, позвонил и по телефону общались, — ответил свидетель.

— Когда начался разговор по племяннику?

— 2 мая, за столом.

— По телефону говорили?

— Нет.

— В связи с чем хотели встретиться с Копбаевым? – еще раз уточнил суд.

— Давно не виделись, хотел встретиться поздравить с генеральским званием, все-таки в одном гарнизоне служили. Плюс, хотел Улукпанова вопрос решить.

— Когда вам мысль на счет денег пришла?

— Когда Улукпанов ко мне обращался, я знал, что буду обращаться к Копбаеву, и заранее приготовил, рахмет сказать, — ответил свидетель

— А без денег он не сделал бы?

— (тищина) судья спрашивает снова

— Ну, без рахмет как-то .. я то думал, что так будет лучше.

— А просто спасибо? – продолжил спрашивать суд.

— Тогда я об этом не думал. Я думал, так будет лучше, — ответил Бекбауов

— За столом был разговор о деньгах?

— Нет. За столом разговора такого не было.

— О вознаграждении, благодарности? – продолжил суд

— Я за столом как-то я по-моему сказал, на казахском. Там есть слова «приготовлено», «жобагы» (это жеребенок), ну это как раз сумма. Ну, так, намеками говорил.

— Когда вы передали деньги, во что он был одет, куда именно вы положили деньги?

— Точно не помню, черное что-то было, куртка или это, и я в правый карман ему положил

— В ходе предварительного следствия вам показывали видео из Керуен, вы смотрели его?

— Нет (за 30 до этого Бекбауов отвечал на этот же вопрос и сказал, что смотрел).

WhatsApp Image 2020-09-07 at 15.53.28

(…)

— Почему именно таким путем передали деньги? Вы как поняли, что он хочет эти деньги? – продолжил судья Акпар

— Ну, тогда у меня таких мыслей не было. Но ничего не делается просто так. И поэтому я для себя решил дать «рахмет»

— Это вы сами решили?

— Да.

— А с ним вы это обговаривали?

— Нет, никогда. Мы вообще с ним о материальных благах не разговаривали.

— Но почему вы решили таким образом благодарить его? – продолжал допытывать его суд.

— Ну, я сам решил, чтобы вопрос скорей решился. Решил и все.

— Вы понимали свои действия, что это такое? – спросил судья

— Да

(…)

— А почему вы просите за Максима, за Кумарова? – судья

— Я за многих людей прошу. Из побуждений помочь человеку

— Как это помочь?

— Где подсказать, где это…

— В данном случае, что за помощь была? – интересовался суд

— Я интересовался у Копбаева возможно ли досрочно присвоить звание полковника, на что он ответил, что оно присваивается только к 7 мая, уже поздно, — ответил Бекбауов.

— И вы не думали, что это может привести к каким-то последствиям?

— Тогда не думал, — ответил Бекбауов.

— То, что он познакомил вас с Ибраевым, за это надо было давать деньги?

— Нет, он сказал, это мой брат, давно не виделись. Если у него будут вопросы – разъясни, познакомься, он твой сосед.

— Где находились документы Улукпанова 2 мая?

— В конце апреля он прошел собеседование и дальнейшие передвижения не знаю, Улукпанов говорил, что документы ушли в МО и там будет проходить проверка и согласование.

— Знакомство с Ибраевым вам что давало?

— Ничего. Я для себя хотел познакомиться, чтобы в дальнейшем вопрос Улукпанова контролировать.

— Вы раньше кому-то так помогали на счет трудоустройства, звания?

— В войсках – нет. А так устраивали на работу людей по программам акимата.

(…_)

— Зачем вы продолжали лоббировать трудоустройства Улукпанова, если знали, что он вышел на другую работу? – спросила адвокат Шолпан Сарсенова

— Он парень молодой, неопытный, я думал, как только решится вопрос, он изменит свое мнение. Все-таки он до капитала дослужился, — ответил Бекбауов

— А в каком виде должен был быть разрешен этот вопрос? В виде издания приказа о приеме на работу?

— Конечно.

— Вы ждали, когда выйдет приказ, вы бы начали его уговаривать. И как бы он уволился?

— Когда человеку который всю жизнь прослужил военным, ему придет приказ «все добро на продолжение», он бы мог со своей работы уволиться и приступить сюда, — сказал он.

— А на его новом месте работы у вас имеются связи, чтобы его уволить за 3 дня, если бы пришел приказ о приеме его в институт?

— Таких возможностей нет. Но я думал, если придет приказ, он сам справится, взрослый парень.

— Значит вы не думали о последствиях которые для него могли возникнуть. О том, что с появлением приказа ему придется увольняться. А с военной службы увольняться не так легко. Если бы он не явился на службу, это было бы расценено как самовольное оставление места службы. За это имеется уголовная ответственность. Вы об этом думали?

(прокурор просит снять вопрос)

Генерал Копбаев

Генерал Копбаев

— Я думал, что благое дело делал.

— Кто-нибудь знал, что вы 200 тыс. тенге истратили? – продолжил допрос судья

— Нет никто не знал. Я никому не говорил, — ответил главный свидетель.

— А почему Улукпанов говорит, что к вам с такой просьбой не обращался?

— Не могу сказать. Но у меня на телефоне переписка доказывает обратное.

Следующее заседание назначено на 08 сентября 2020 года.